Главный редактор

Поэзия и проза Казахстана



О ПРОЕКТЕ
ТОЧКА ОТСЧЕТАВЕБ-ИЗДАТЕЛЬСТВО «ЭГО»

Юрий ПОМИНОВ

Штрихи времени

Спор

Как-то мы крепко поругались - чуть не разодрались - со старшим братом и зятем из-за горбачевских реформ. Мы круто разошлись во мнениях. Брат, выпускник партшколы, и зять, директор совхоза, весьма критически оценивали идеологические и прочие новации нового генсека. Я же, молодой редактор, был ярым горбачевцем и, не стесняясь в выражениях, костерил их на чем свет стоит.
Мы до того разобиделись друг на друга, что даже пить не стали.
Время нас рассудило. Зятевский совхоз окончательно развалился: ни техники, ни скота. Зарплату зять не получает годами.
Брат, журналист с двадцатипятилетним стажем, не может заработать денег, чтобы раз в год, как это было прежде, приехать в отпуск к матери… К тому же он теперь живет за границей, в Красноярском крае.
Газета, в которой работаю я, пока еще дышит. Хотя тираж ее с того времени упал в пять с лишним раз. Что будет с ней (и со мной) через год-два, я не знаю и стараюсь об этом не думать.
А мой кумир, будучи одним из кандидатов в президенты России, набрал на выборах один процент голосов. Но интереса к жизни, похоже, не утратил - рекламировал недавно по телевидению пиццу…

Тост

Отмечали юбилей журналиста-ветерана. Было много слов, как всегда, не без обычного в таких случаях перебора…
Один из тостующих высказался в том смысле, что юбиляр всей своей биографией доказал: журналистика - это не профессия, а образ жизни…
Недолюбливавший этого журналиста за снобизм и себялюбие заместитель редактора Побережников, сам хорошо знавший цену журналистике, тут же взял слово и произнес такой тост:
Давно работая в газете,
Пришел я к мысли таковой:
Уж если жить на этом свете -
То только жизнью половой!

Гостеприимство

В нашу область приехал израильский миллиардер Айзенберг - на персональном самолете, в салоне которого, помимо всего прочего, была даже двуспальная кровать. Он предлагал области проект, связанный с развитием капельного орошения.
На ужин Айзенберга повезли в одно из хозяйств Аксуского района. Перекусили, затем по казахскому обычаю подали бесбармак.
- Неужели мы все это съедим? - удивился уже слегка посоловевший от сытости миллиардер.
- Съедим-съедим, - успокоил именитого соотечественника сопровождавший его сотрудник посольства, уже знакомый с традициями казахского гостеприимства.
…Говорят, после Айзенберг чаще всего вспоминал именно этот момент своего путешествия в Казахстан.

Из жизни президентов

Встретил приятеля, с которым мы когда-то учились в университете, а потом работали в одной газете. Теперь он большой человек - сотрудник администрации президента бывшей соседней братской - ныне суверенной, республики. Рассказывает о нравах, царящих на Олимпе…
Новый руководитель аппарата, курирующий и службу протокола, потребовал: во время официальных церемоний с участием президента, всё должно быть организовано таким образом, чтобы нога президента, выходящего из представительского "мерседеса", ступала непременно сразу на ковер, а ни в коем случае не на землю, асфальт, бетон…
Приятель ругался, клял службу, говорил, что ему всё надоело. Я его давно знаю, он уже не один год это говорит. Но не уходит.

Лицо эпохи

Её зовут Нина Павловна Аринина. Уже пять лет она ходит к нам в редакцию в поисках справедливости. Строители, прокладывая теплотрассу, "потревожили" её ветхую избушку, после чего жить в ней стало опасно. Аринина просит её капитально отремонтировать, строители же уверяют, что они тут ни при чём, а все беды избушки - от её собственной старости.
Наша газета писала об этой истории трижды.
Аринина обошла всё городское начальство, побывала на приёме у сменивших друг друга трёх первых секретарей обкома партии, не одну свою пенсию потратила на обстоятельные телеграммы трём сменившим друг друга первым секретарям ЦК компартии республики, обращалась к Генеральному секретарю ЦК КПСС и Президенту СССР… Результат неизменно был один: очередная комиссия выносила заключение, согласно которому избушка Арининой капитальному ремонту не подлежит из-за ветхости, а новое жильё ей не полагается, поскольку она уже является домовладелицей.
У Нины Павловны Арининой не осталось никого. Родителей она лишилась в детстве и воспитывалась в детдоме. Муж погиб на войне, братьев и сестёр она схоронила, а детей у неё не было. Аринина приближала светлое будущее для потомков на лесоповале, в угольной шахте, на рыбацком промысле. Теперь у неё нет для этого сил, светлое будущее объявлено очередным заблуждением. И сама она решительно никому не нужна…Дни её, похоже, сочтены - кажется, от неё исходит запах тления…
…Когда я в очередной раз гляжу в её выплаканные бесцветные глаза, мне кажется, что передо мной не глубоко несчастная пожилая женщина, которой я ничем не могу помочь, а вся наша измученная, истерзанная страна.

Психология очереди

За многие годы Советской власти, особенно за последнее время, у наших людей, а у номенклатурной верхушки в еще большей степени, сформировалась устойчивая психология очереди: ненавидеть тех, кто впереди, презирать тех, кто сзади, и, по возможности, расталкивать локтями тех, кто рядом…
Приходится констатировать: новые времена в этом смысле мало что изменили.

Почем Россия?

Ходил в воскресенье на барахолку. Вот уж куда не зарастает народная тропа: не только все торговые ряды, но и все мало-мальски свободные места заняты торговцами. Их едва ли не больше, чем покупателей. Новые предприниматели хорошо знают друг друга, в случае нужды подстраховывают, обмениваются информацией.
Вот одна из "коммерсанток" кричит - через торговый ряд своей знакомой:
- Вер, а Вер, почем у нас сегодня Россия ?
- Да по 57, - тут же откликается та.
Сразу никак не пойму - о чем говорят, о каком товаре речь…Оказывается, это сегодняшний курс валют - российского рубля по отношению к нашему казахстанскому тенге.
И грустно и смешно.

О природе власти

Попадая служить в коридоры власти, люди подчас меняются до неузнаваемости. Там действуют свои, совершенно особые правила игры, свой "кодекс чести", свои модели поведения. Либо ты приспосабливаешься к ним (принимаешь все это или, во всяком случае, делаешь вид, что принимаешь), либо эта среда быстро отторгает тебя, как некое чужеродное тело.
Но - поразительная вещь - стоит человеку вернуться в нормальную человеческую среду (то есть сменить работу, уйти на пенсию и т.п.), как к нему мало-помалу начинает возвращаться "нечто человеческое" - здравый смысл, трезвый взгляд на вещи, критическое отношение к тем самым коридорам, мифические ценности которых он еще вчера оберегал…
И это не парадокс, а своего рода закономерность. В нормальной житейской среде человек, как правило, остается самим собой - тем, что он есть на самом деле. А там он - крепостной актер и вынужден играть навязанную ему роль. При этом совсем не важно - кто стоит у власти: вчерашние коммунисты или нынешние демократы.

Время собак

Никогда прежде в нашем городе не было столько собак. Нельзя выйти во двор, в парк, на набережную, чтобы не встретить мужчин, женщин, детей, прогуливающих своих любимцев. Каких только пород и мастей тут нет: крошечные болонки и поджарые овчарки, элегантные пудели и огромные доги, разномастные губастые боксеры и бульдоги, воспитанные, причесанные колли и кровожадные свиноподобные питбультерьеры. Собака становится неким символом времени, знаком принадлежности к состоятельному сословию.
Условно говоря, владельцев собак можно разделить на три группы. Первые, наиболее бескорыстные, заводят их, так сказать, для души, - как средство от одиночества, в какой-то мере заменяющее общение. Вторые - прагматики, и держат собаку главным образом для охраны жилья и имущества. Их тоже можно понять: надеяться сегодня можно лишь на металлические двери с мощными запорами да на четвероногого сторожа. И, наконец, третьи приобретают собаку, чтобы в полной мере соответствовать своему новому социальному статусу хозяев жизни - это своего рода дополнение к уже имеющемуся суперсовременному интерьеру в жилище, престижной иномарке и т.д. и т.п. Многие молодые и среднего возраста женщины предпочитают рождению ребенка покупку дорогой собаки. Что тут сказать? Наверное, это одна из примет нынешнего времени - времени собак…

Из истории денег

Было время, когда наличные деньги стали страшным дефицитом. И поскольку людям как-то надо было жить, из этой ситуации находили самые невероятные выходы.
На Ермаковском заводе феросплавов, например, ввели свои собственные деньги - напечатали бумажки разного достоинства, которые выдавались его работникам и принимались в качестве платежного средства в столовых, заводских магазинах и т.д. Инициаторами новшества были коммерческий директор Мухин и генеральный директор Донской. Заводские юмористы тут же окрестили местную валюту МУДОНами - по начальным буквам фамилий их изобретателей.

Хороший так

Знакомый председатель рассказывал:
- Прислали на уборку уполномоченного. В селе никогда не жил, в наших делах - ни в зуб ногой, но придирчивый, как репей, - все ему объясняй, показывай.
Поехали по полям. Объясняю: "Это у нас кукуруза - убираем на силос". "Хорошая кукуруза", - соглашается. Гречиху показал, она еще цвела, запах медовый - и впрямь красота. "Хорошая гречиха, - констатирует. На бахчу заехали - пообедали, арбуз съели. Он вроде совсем отмяк: "И бахча хорошая…" И дернул же меня черт другим путем возвращаться - попали на забытый участок пара. Его за лето ни разу не обработали - везде бурьян в человеческий рост…Вижу уполномоченный мой вроде подремывает - я и скорость сбросил, чтобы не потревожить…Нет, встрепенулся, холера: а это, мол, у вас что? "Да это у нас так", - только и нашелся что сказать. "Хороший так", - пробормотал он. А я аж взмок: ну, слава Богу, пронесло…

Как рождаются анекдоты

В первые годы целины в нашем только что созданном совхозе парикмахерской не было. Стригли, как могли, друг друга или приводили себя в божеский вид во время поездок в более цивилизованные места.
Один из целинников, украинец, оказавшись по каким-то делам в Купино, зашел в парикмахерскую. Едва усадив его в кресло и взяв в руки ножницы, парикмахер заметил:
- Ну и шея!
- Не поняв? - переспросил его клиент.
- Ну и шея у вас, говорю.
-Так сало емо, - самодовольно пошутил он. Оттого, мол, и шея…
- Да ешьте вы хоть хрен с редькой, а шею мыть все равно надо! - последовало в ответ.
Случай "про шею" стал каким-то образом известен всему совхозу и, обрастая несуществующими подробностями, рассказывается уже как анекдот не одно десятилетие.

Штрихи времени

Из районной администрации принесли статью - о том, какая проводилась работа во время месячника пожилых людей. Там и упоминались благотворительные обеды, и продуктовые наборы, и материальная помощь. Но больше всего меня поразил такой факт, о котором также не забыли сообщить районные власти: пятидесяти пожилым людям они выделили талоны на бесплатную помывку в бане. Ну, выдали и выдали…Так нет, надо еще об этом раззвонить по всему белому свету.

Стабилизация

Когда я в очередной раз слышу из уст политиков - российских ли, наших ли, казахстанских - утверждения о том, что в экономике началась долгожданная стабилизация, мне приходит в голову такое сравнение. Лежит в больнице тяжелый больной, состояние его нестабильное, критическое - как говорят, между жизнью и смертью. И вот он, к несчастью, умер. Это ведь тоже своего рода стабилизация, уж теперь-то его состояние ухудшиться больше не может.

Проглядели

Пришел на прием пожилой казах-фронтовик, принес свои воспоминания о войне. Я бегло просмотрел, сказал, что опубликуем. Вроде пора прощаться, а он не уходит, делится своими мыслями о последних событиях глобального масштаба.
- Нет, что бы ни говорили, а при Союзе лучше было… Страна была - весь мир считался. И людям лучше жилось…
И вдруг без всякого подхода, в лоб:
- Ну как же наш КГБ Горбачева проглядел? Как мог допустить на должность - он же враг народа!
Подумал, вздохнул:
- Да, при Союзе лучше было. Но как-то надо жить. Живет же маленькое государство имени Розы Люксембург… Независимое… И нашему Казахстану надо как-то жить, учиться…
Попрощались, пошел, от самой двери вернулся. Смущенно:
- А можно я привет передам?
- Как, кому?
- Ну, через газету - знакомым, однополчанам - мол, живой, здоровый.
- Хорошо, сделаем приписку к вашим заметкам.
Просиял:
- Вот спасибо. Я переживал: вроде неудобно…
Может, из-за "привета" и приходил? Вот тебе и Роза Люксембург.

Дух и тело

Как-то я приехал в гости к брату Петру, аспиранту-филологу. Дело было в разгар перестройки, и он чуть не с вокзала потащил меня на писательскую конференцию, обсуждавшую нравственные аспекты очередного переломного периода нашей истории. Какие-то нормы приличий во взаимоотношениях писателей тогда еще сохранялись, хотя разделение на два противоборствующих лагеря уже явно наметилось. При всем при том редактор "Молодой гвардии" Анатолий Иванов был все еще в силе, а Олег Попцов - пока нет, никто и предположить не мог, что он станет сподвижником первого российского Президента, основателем российского телевидения.. Были там, конечно, и другие литераторы, этих же я назвал лишь потому, что тогда они представляли, скажем так, два разных идеологических крыла российской словесности.
Конференция шла себе, ни шатко ни валко, пока слово не предоставили Вениамину Каверину. Каверин был настолько стар и немощен, что почти не мог самостоятельно двигаться. На сцену, к трибуне, его буквально под руки вывели два каких-то молодых человека. Но речь, которую он произнес, была впечатляющей - безукоризненной по форме, язвительной по содержанию, емкой. О том, что она достигает цели, было видно по тому, как наливался краской Анатолий Иванов, у него даже шея побагровела. При этом Каверин был абсолютно в рамках приличия, он не произнес ни одной оскорбительной фразы.
Закончив выступление, Каверин свернул свои листки, опустил их в карман и, отступив буквально полшага от трибуны, стал беспомощно оглядываться по сторонам - у него не было уверенности в том, что он сам сможет добраться до своего места в зале. Ему опять помогли.
Мне и потом не раз приходилось встречать людей такого рода: плоть их уже почти умерла, а дух оставался могучим, сознание - нисколько не затуманенным, ум продолжал работать, несмотря ни на что.
 
PROZA.KZ

« в начало

карта сайта

письмо редактору

поиск по сайту

о проекте

наверх »

Copyright © 1996-2015 Александр ЛЯХОВ

LiveInternet Rambler's Top100